В России существовало несколько ветвей Лихачевского рода. С Казанью связано имя Федора Федоровича Лихачева, который участвовал в событиях войны 1611–1612 годов. В числе других дьяков он принимал участие в Земском Соборе, на котором было утверждено избрание молодого Михаила Романова на царствование. В 1614 году за труды «в розруху» Ф.Ф. Лихачев был вознагражден «кормлением» - назначен воеводой в Казань.
Родоначальником казанской ветви Лихачёвского рода можно считать Логина Ивановича Лихачёва – прапрадеда И.Ф. Лихачёва. Логин Иванович был незаурядной личностью. В истории рода Лихачёвых было много интересных и печальных событий. Их род, благодаря помощи дворовых крестьян, выжил во время пугачевского бунта.
Дед И.Ф. Лихачёва Семён Александрович был известен по всей округе как страстный любитель лошадей. Жизнь на «широкую ногу» привела к тому, что к концу своей жизни он почти полностью растратил семейное наследство. Семь имений было продано, и даже родовое имение в Полянках было заложено с большими долгами.
Восстановление семейного благосостояния семьи пало на плечи его сына, отца И.Ф. Лихаёва- Фёдора Семеновича Лихачева. Именно Ф.С. Лихачёв в память о военной службе начал собирать оружие и всевозможные курительные трубки. Усадебная библиотека постоянно пополнялась новыми книгами.
Лихачёв Андрей Федорович (1832–1890) – младший брат Ивана Фёдоровича, родился в родовом селе Полянки 16 июля 1832 г. Выросший в атмосфере семьи, близкой к литературным кругам (со стороны матери Глафиры Ивановны, урожденной Панаевой) и известной своей любовью к коллекционированию древностей (со стороны отца), Андрей в раннем возрасте начинает заниматься собиранием своей собственной коллекции и научными изысканиями. Формирование собственного собрания началось с домашней художественной коллекции, включавшей портреты и миниатюры, а также книги, исторические документы, печати и другие предметы декоративно-прикладного искусства, которые он с разрешения матери из усадьбы перевез в Казань, в собственный дом на Ново-Комиссариатской улице (ныне – ул. Муштари 11/43).
В отличие от своих родственников, интересовавшихся салонной литературой, европейским искусством, и вообще, более историей Нового времени, Андрей Фёдорович отдал предпочтение собиранию и изучению первобытных и средневековых древностей. В середине 60-х годов XIX в. он определил для себя жизненную стезю – коллекционирование и изучение памятников истории и культуры Казанского края.
Собрание, которому он посвятил всю свою жизнь, состояло из более 40 тысяч предметов, среди них – более 15 тысяч археологических, этнографических, историко-бытовых предметов; более 24 тысяч булгарских, золотоордынских, греческих, римских, персидских монет; 315 медалей; около 1500 книг, рукописей, брошюр, атласов по истории, археологии и искусству; свыше 400 художественных полотен западноевропейских и русских художников, а также собрание западноевропейской гравюры, изделия из стекла и фарфора.
А.Ф. Лихачёв скрупулезно изучал свое собрание, составлял каталоги, изготавливал слепки с монет для ученых Петербурга и Москвы. Каждая монета сопровождалась сведениями о местонахождении и ссылками научного характера.
В 60-70-е годы XIX в. Лихачев совершает несколько поездок за границу – Германию, Францию и, главным образом, в Италию, которая славилась своими музеями, антикварными магазинами и низкими ценами на антиквариат. Вероятно, именно там была приобретена основная часть западноевропейской художественной коллекции, среди которой - живописные произведения художников Фландрии, Голландии, Франции и Италии (Лукас ван Лейден, Хендрик ван Стенвейк, Клас Берхем, Антонио Корреджо, Доменико Пулиго и др.).
Приобретениями за границей, а также в Петербурге и Москве, пополнялась его коллекция бронзы и фарфора, среди которых – ранние изделия российского Императорского завода Петербурга, а также образцы саксонского и мейсенского фарфора, бронзовые скульптуры.
Коллекция стала смыслом его жизни. В ней нашли отражения все его увлечения и интересы. Интерес к истории и стремление содействовать просвещению – в собирании памятников археологии, нумизматики и этнографии, увлечение литературой – в библиотеке, занятия живописью – в художественной коллекции и коллекции гравюр, эстетические идеалы – в создании коллекции изящных украшений, скульптур, фарфора.
А.Ф. Лихачёв не только собирал, но и изучал свою коллекцию, публиковал научные труды, был членом Московского археологического общества, Русского археологического общества, Общества естествоиспытателей и Общества археологии, истории и этнографии при Императорском Казанском университете.В конце 70-х годов XIX в. Андрей Фёдорович составил значительное собрание булгарских древностей, что позволило ему подготовить основательный доклад «Бытовые памятники Великой Булгарии», а также «Археологический атлас», который он представил на II Всероссийский археологический съезд в 1871 г. в Петербурге. Это был первый очерк, представляющий булгарскую археологическую культуру в научном мире. Благодаря обширному археологическому и нумизматическому собранию А.Ф. Лихачёва и его научным исследованиям на съезде было обращено внимание на древности Волго-Камья.
Выпускник 2-ой Казанской гимназии, Николай Петрович решил связать свою судьбу с исторической наукой и поступил на историко-филологический факультет Казанского университета. По окончании университета Н.П. Лихачев блестяще защищает диссертацию «Разрядные дьяки XVI в.» и переезжает в Петербург. С 1892 г. преподавал в Петербургском археологическом институте, где основал кафедру дипломатики. В 1902–1914 гг. – помощник директора Императорской публичной библиотеки. В библиотеке углублённо занимался библиографией, изучением литературы, историей письменности, прессы, переплётов, летучих изданий, автографов. Неоднократно бывал в заграничных поездках с целью изучения постановки библиотечного дела в Европе. Разрабатывал вопросы комплектования, способствовал пополнению фондов библиотеки отсутствующими изданиями, участвовал в работах по обоснованию расширения штатов библиотеки и совершенствования их структуры, выступал за поднятие научного престижа и статуса библиотекарей.
В 1930 г. Н. П. Лихачёв был арестован по «Академическому делу», в 1931–1933 гг. находился в ссылке в Астрахани. После возвращения из ссылки ютился с семьёй в комнатах третьего этажа, вход куда был по чёрной лестнице. Скончался 14 апреля 1936 г. вследствие затяжной болезни от гангрены, после ампутации левой ноги. Похоронен на Смоленском православном кладбище.
Интересы ученого концентрировались не только в истории Древней Руси: Николай Петрович на протяжении всей жизни активно разрабатывал вопросы нумизматики, палеографии, эпиграфики, истории искусства. Историк не меньше сил и энергии тратил на формирование своей собственной коллекции: за более чем 50 лет Николай Петрович собрал уникальные коллекции русских, восточных и западноевропейских рукописей, монет (15 тыс. ед.), византийских и русских печатей VI–XIV вв. (ок. 6 тыс. ед.), икон (ок. 1,5 тыс. ед.), хранившиеся в специально построенном собственном доме, где он жил в 1902–1936 г. (Петрозаводская улица 7, ныне здание Санкт-Петербургского института истории РАН). Стремясь спасти своё собрание от гибели в годы революции, Николай Петрович передал его в 1918 г. Петроградскому археологическому институту, где был создан Палеографический кабинет, преобразованный в 1925 г. в Музей палеографии АН СССР.